Новости -> Как покупают латвийских политиков

Как покупают латвийских политиков

22.07.2010 15:32


В распоряжение газеты Diena попала запись разговора, которая раскрывает некоторые особенности латвийской политической кухни – как политики договариваются о взятках за принятие выгодных решений, какие суммы при этом фигурируют и что люди во власти друг о друге думают.



Как пишет издание, беседа состоялась весной этого года, за несколько дней до голосования о дальнейшей судьбе на посту мэра Юрмалы Раймонда Мункевицса. В одном из юрмальских ресторанов встретились некий депутат Юрмальской думы (события показывают, что им может быть Ивета Блауа из “Нового времени”) и некое лицо, связанное с партией Мункевицса “Юрмала – наш дом” (вероятно, Нормунд Пирантс).

Исход голосования о том, останется ли Мункевицс мэром мог решить голос всего одного депутата. Это дело уже попало в поле зрения компетентных органов: Мункевицс и Пирантс арестованы по подозрению в даче взятки.

В разговоре, который 22 июля публикует Diena, мужской голос (который, возможно, принадлежит Пирантсу) не разменивается на любезности, а спрашивает у женщины напрямик: “Сколько?”.

Женский голос (вероятно, принадлежащий упомянутому депутату “Нового времени”) отвечает вопросом на вопрос: “Что сколько?”.

Ответ такой: “Чтобы ты не пошла на заседание думы…”.

После некоторых разъяснений о том, какой именно вопрос будет рассматриваться на том заседании, мужчина снова возвращается к своему делу:

“Разговор такой: дата и цифра. Я могу тебе сказать сколько просто Мария, но этот так”.

Как отмечает Diena, под “просто Марией”, вероятно, имеется ввиду еще одна депутат Юрмальской думы – Мария Воробьева (“Центр согласия”). Сравнение с Марией беседующую женщину несколько задевает: “А, значит вы меня с Марией как бы на один уровень ставите… Ясно, хе-хе, классно это осознавать”.

Мужчина успокаивает ее такой фразой: “Мария ведь дурочка” (“Marija taču ir stulbenīte”). И снова возвращается к конкретике: “Мне надо знать, готова ли ты на это. После этого уже можем говорить дальше… о суммах, и я сам тебе ее даю”.

“А почему Раймонд сам об этом не говорит?”, – спрашивает женщина

“Потому что я говорю”, – отвечает мужчина.

“А, то есть Раймонд сам как бы ничего? В туалете какого этажа думы? Для мальчиков или для девочек?”, – спрашивает она.

“Нет, нет…”, – говорит он.

“У нас же уже есть традиции”, – смеется она.

“Так не будет. Заедут в гости, ну, знаешь как…”, – уточняет мужчина.

“Куда?”, – интересуется он.

“Все равно, куда. Хотя бы ко мне”, – отвечает он.

(…)

“Это некоторый сюрприз. Мне тут были другие предложения, такие…”, – говорит женщина.

“Ну, какие?”, – спрашивает мужчина.

“Ну и с Раймондом согласованные”, – отвечает она.

“Этот вот вариант?”, – спрашивает он.

“Нет, нет, об этом я впервые слышу”, – уверяет она.

(…)

В ходе дальнейшего разговора выясняется, что мужчина всегда придерживался такого стиля работы, чтобы ему и всем было хорошо. “Так, как это происходит в Вентспилсе. Вентспилсский господин сидит и (слишком тихо). Здесь малость иначе. Это мысль самого Раймонда”, – уточняет он.

Наконец, женщина, созревает для ключевого вопроса: “Не, ну тогда меня интересует, в каких пределах мне надо думать. С шестью нулями или с семью?”.

Мужчину этот вопрос ставит в тупик, он мычит “ну, ну, ну…”, а женщина продолжает расспросы:

“Нет, ну а что, нормально (смеется), а ты как думал, времена меняются… так какая амплитуда?”.

“Ну, когда ты скажешь… тогда мы можем встретиться и ОК”, – уклоняется от прямого ответа мужчина.

“Ну, что такое “нормально” по нашим временам? Эти расценки разные…", – настаивает женщина.

“Хочешь расскажу о рижских раценках?”, – предлагает мужчина.

“На что мне рижские, если меня интересуют юрмальские решения”, – говорит женщина.

“В чемодан не влезают рижские расценки. Там немножко иначе, в зависимости от того, за что (неразборчиво). В Вентспилсе тоже в чемодан не влезают. Там, где с нефтью связано, большие предприятия, миллионы вкладывают. Видишь, где Шлесерс шестидесятиметровый мост строит…”, – делиться информацией мужчина.

“Ну так сколько? Три нуля, четыре? Реальную цифру тогда надо думать…”, – не унимается она.

“Ну да, три. Ну три, а там уже и цифры идут…”, – соглашается он.

“А, циферки тоже…”, – говорит она.

“Можно сказать, четыре в иностранной валюте”, – добавляет он.

“Значит уже стоит подумать. И как ты сам решился на этот шаг? Уговорили?”, – интересуется женщина.

“Чего там уговаривать. Я и сам тогда тоже должность потеряю”, – объясняет мужчина.

“Конечно, потеряешь”, – соглашается она.

(…)

“Ну хорошо. Тогда расскажи мне еще такую вещь. Насколько Илмар (возможно, речь идет о депутате от “Нового времени” Илмаре Анчансе) заинтересован во всем этом мероприятии?", – спрашивает женщина.

“С Илмаром вчера договорились. Он такой интересный человек, иногда непонятный, а иногда… потихоньку строит свой домик…”, – говорит мужчина.

“Ну так ему теперь хватает на строительство своего домика?”, – задает вопрос женщина.

“Не, ну по нашим временам, да…”, – отвечает мужчина.

(…)

Затем разговор опять возвращается к Марии.

“Значит, с Марией тоже уже говорили?”, – спрашивает женщина.

“Мария вчера с заседания коалиции вышла”, – говорит мужчина.

“Да? Как же так?”, – не понимает женщина.

“Мария просто сказала – кто больше даст, к тому я пойду… Ей всё пофиг. У нее тонкий умишко. Так же, как Ражукс (так, кстати, зовут нынешнего мэра Юрмалы. – прим. ред)…”, – говорит мужчина.

Заканчивается разговор такой фразой мужчины: "Ну, короче, факт такой, что мы поговорили… Когда ты могла бы дать какой-то ответ? В понедельник значит как бы первое “да” или “нет”, и тогда мы можем разговаривать дальше".

Полный текст разговора на латышском языке можно прочитать в печатной версии газеты Diena.




Источник: http://www.mixnews.lv

 

Добавить комментарий

Ваше имя:

Комментарий





© 2011 policy.lv